HisDoc.ru - История в документах России - старинные бумаги, фотографии, открытки, письма
История России в документах

Манифест, Екатерина II, Императрица и Самодержица Всероссийская, 7 сентября 1787 года. О нарушении Портой Оттоманской условий Акта о присоединении к Российской Империи Крыма, Тамани и Кубани и об объявлении Турцией войны России.

Просмотров: 490
Божиею Милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, и прочая, и прочая, и прочая. Объявляем всем нашим верным подданным.
Оттоманская Порта, утвердивши торжественными договорами перед лицом света вечный мир с Россией, опять и вероломно нарушила всю святость оного; а в доказательство объявления войны Империи Нашей, в 5 й день августа, арестовав Нашего полномочного Министра и чрезвычайного Посланника при оной действительного статского советника Булгакова, посадила его в Семибашенный замок. Министры, пребывающие в Царьграде Римско-императорской и Королевской французской вотще напрягали свои дружеские внушения турецкому правительству, дабы преломить оного дерзновенное насилие терзать права народные, всеми, и самыми варварами почитаемые.
Кому не известно против Порты Наше поведение? Но по сему приключению еще вновь принуждаемся предложить оное перед очи целого света.
Последнюю войну в 1768 году объявила Нам Порта столь нагло и так же неправедно, как и настоящую. Извлеченный меч принуждением сколько нанес пагуб врагу, весь мир о том знает. Оружие Наше обладало Молдавией, Валахиеюйи Бессарабией и всеми тут крепостями, а от оных, перейдя реку Дунай, господствовало равным образом, поражая войска турецкие, в Болгарии. Морские Наши силы в Средиземном мореб низложив всякое себе сопротивление от флага Оттоманского гибельным ему ударом, владели многими островами в Архипелаге.
Среди побед и стольких приобретений, когда уже силы турецкие по своему истощению не могли противостоять и воспятить победоносному оружию Нашему внести пламя военное во внутрь наичувствительнейшей их Державы, лишь Порта Оттоманская, сими победами потрясенная, взыскала от Нас мира, Мы, хотя знали всю нужду и изнурение, в которые она тогдашней войной себя ввергула, но оного не отринули, и рукой победительной приняли договоры для Нас умереннейшие, а побежденным и спасительные и преполезные; ибо уступили все Наши пространные завоевания, оставив только за собою замок Кинбурн с его округом и с углом земли между Бугом и Днепром, да две в Крыму крепости Яниколь (Еникале) и Керчь, пожертвовав в прочем из человеколюбия, Нам сродного всеми выгодами и знаменитыми убытками, в войне понесенными, общему покою взаимных Империй, доказывая через то, что и в счастливой войне не приобретение, но оборона и спокойстие Государства, Нашим были предметом. Таков был Трактат мирный в прекращение войны между обеими Империями, заключенный Нашим генерал-фельдмаршалом графом Румянцовым-Задунайским в стане войск Наших при Кайнарже, а со стороны турецкой Верховным Визирем Мехмед Муксун Заде.
От первых дней мира, встречая часто худую веру и стеснение Наших выгод в торговле, которую сим Трактатом беспредельно дозволила Нам Порта на суше и на всех водах своей Державы, по примеру Государств, коим она в том вяще благоприятствует, думали Мы, заключа с оной особенный торговый Трактат ко взаимным пользам обоих Государств связать оными, яко новым и крепчайшим узлом, бесперерывное согласие между подданных и отдалить навсегда постановлениями, на все случаи ясными, до того бывшие распри. Могли Мы уповать, что сей новый договор, знаменующий искреннее желание Наше пребывать с Портой навсегда в мире, даст вящую силу оному предшествовавшим.
Теперь скажем, какими поступками воздала Порта незазорному Нашему расположению пребывать с ней в вечной дружбе.
От издания султанской затификации на мир Кючук-Кайнарджийский вскоре дух коварный ее политики направил свое устремление обратить в прежнее себе порабощение племена татарские, которым сделанное независимое бытие утверждено помянутым Трактатом. Хитростью и происками, доброй вере противными, изгнан был из Крыма законной хан Сагиб-Гирей и вспоможением Порты похитил его Сан Девлет-Гирей. К тому умыслу отнести должно тогдашнее уклонение Порты очистить Тамань от войск турецких, как и самое сперва скрытое, потом явное участие, ибо Капитан Паша приводил флот к берегам того полуострова во время происходившего мятежа между татарами против их законного хана Шагин-Гирея. Нам казалось, укротившая на тот раз бурю военную Конвенция изъяснительная 1779 года заключенная, в которой все недоразумения, касающиеся образования политической вольности татарской были ясно истолкованы, отдалит навсегда всякий повод к распрям, войной решаемым. Но время, и самое короткое, доказало, что и сей новый торжественный договор не плод был искренности, а завеса ухищрения; ибо Порта не переставала всячески питать дух мятежа в татарах, всякий раз подвигая далее оной к одержанию своих видов. Когда войска турецкие и их начальники вошли в Суджук (Суджук-Кале) и Тамань, а между тем татары отважились нападать от Кубани на Наши пределы, Мы, предвидя опасность с расширяющегося мятежа в татарах, и что Порта поборяет по мятежникам, как то вскоре после того и начальник над ее войскамиб вступившими в Тамань присланному от хана Шагин-Гирея с вопрошением о причине прихода его отсек голову, должны были ввести в Крым Наши войски и паче страхом, а не казнью усмирять бунтовщиков, всякий Наш шаг в том сообщая Порте в полной откровенности. Зло однако же при всем том не сокращалось, Мы не видели тут конца ни Нашим убыткам, на содержание войск миллионами издержанным, ни их изнурению, ниже ожидать могли когда-нибудь спокойствия границам Нашей Империи. Таким образом, находили Мы одно и крайнее средство к сохранению на веки мира с Портой Оттоманской, решиться присоединить к Державе Нашей Крым, Тамань и Кубань, и истребить через то гнездо хищников, которые не один век грабительствовали в пределах Нашей Империи и многократно были причиною восставших неприязненных действий между обеими Империями. Не расширение пределов и без того пространного Нашего Государства, ниже замена таких убытков, которых сие приобретение не наградило, но едино намерение исторгнуть корень вражды неизбежной преклонили Нас произвести сие бытие, в чем праведную необходимость, признанную дружественными Державами, сама Порта познала и приняла за благо все Нами содеянное, получив при новых договорах в свою пользу земли по левой стороне реки Кубани, издревле к Крымской области принадлежащие.
Княжества Молдавию и Валахию возвратили Мы Порте утвердив в Трактате, чтобы не брать с них податей через два года и навсегда обуздать насилие, отъемлющее их выгоды. Не прошли два льготные года, как сия Держава начала те области изнурять тягостными поборами и нарядами. В 1777 году оказала она пример вероломства ее, умертвив без суда и вины Молдавскаго господаря Бику. Непрерывные грабительства, изнурения, вопль и жалобы от того страждующих жителей с Нами единоверных, не убеждали никогда жестокосердного Правительства оказать правосудия. Обещание Порты, Хатышерифами Султанскими подтвержденное, не сменять господарей в сих княжествах не было с доброю верою соблюдаемо. Частые им смены были для того, чтоб низлагая благих, возводить мучителей. Недавно пал жребий гибельный на господаря Александра Маврокордато, к которому прислан был Капиджи-Баша для его низложения: исторгнувшись от мучительной смерти, равно ему предстоявшей, как упомянутому господарю Гике, прибегнул он под сень Церкви Нашей православной, которая не могла не дать ему убежища, наипаче тогда, когда дружественные о сих крняжествах постановления столь явно нарушены были от самой Порты, и когда к заступлению Нашему, Трактатом обеспеченному, никогда должного внимания не было.
В Конвенции Айналиковакской содержится точное условие, чтоб запорожцев, ушедших до того времени и не захотевших воспользоваться амнистией от Нас им даруемой, удалить за Дунай внутрь области Турецкой, чего Порта не только не исполнила, но толпу их умножая вблизи пределов Наших, вновь уходящими, не возвращала сих последних, по требованиям в силу договоров Нашим начальникам.
При постановлении Акта о Крыме, Тамани и Кубани положено, чтоб река Кубань служила границею между двумя Империями. Народы татарские, обитающие за сей рекой, по договору сему учинившись подданными Порты, нередко набегами своими в пределы Наши чувствительные причиняли обиды грабежами скота, разных пожитков, и похищением людей. Мы не получали и тут никогда управы с сих ее подданных.
Ираклий Царь Карталинский и Кахетинский в 1780 году отдал себя с его владениями под покровительство и верховную власть Нашу и преемников Престола Нашего, и в том заключил с Нами торжественный Трактат. Принятие его под державу Нашу не было противно обязательствам Нашим с Портой: ибо сей владетель на зависел от Империи Турецкой. Тогда же Порта, извещена будучи о Нашем Трактате, не оспоривала оного; но где не имела права в дело вмешаться для нее постороннее, тут не оставила действовать коварно, подкрепляя посредством Паши Ахалцыкского лезгин нападать на области помянутого царя, разорять оные и пленять христиан. В продолжении таковых неприязненных для Нас затей через того же пашу предлагала оному царю уничтожить его с Нами обязательства и предаться во власть султана. Все сии поступки и сверх оных еще многие, которых подробность пространна, яко то в претерпении Нашими консулами, Нашим купечеством разных озлоблений и угнетений по всегдашнему Порты умышлению отнять у Нас лучшие выгоды, оружием и договорами приобретенные, давали Нам неоспоримое право поступить на всю крайность; но любовь к миру подкрепляла надежду и самую слабую в том, что Порта не во веки будет лукавить и коварствовать, и что святость к клятвам, на которых все народы привыкли утверждать торжественные договоры, произведет в ней совесть уважать оные. На такой конец во время путешествия Нашего призвали Мы министра Нашего Булгакова в Херсон и снабдили его новыми наставлениями к миролюбному учреждению о всех тех распрях, кои Порта, как теперь уже видим, вместе с неправедными и самые мелкие изыскивала в предлог только войны ей желаемой. Тут Мы сообщили крайнюю черту снисхождения Нашего как союзному Нам Венскому, так и Версальскому дворам. Сии отдали всю справедливость Нашей умеренности и удалению от войны, и готовы были присоединить и их подвиги к удержанию дружбы между Нашей и Оттоманской Империями. Возвратяся с тем в Царьград Наш посланник, не нашел уже в турках ни малейшей наклонности к мирному дел распоряжению. Он позван был на конференцию 15 июля к рейс-эффенди , который предварил Наши справедливые требования предъявлением турецких, ни малейшей основательности не имеющих, а именно: 1-е. Чтобы Мы отступили от всякого притязания на царя Карталинского Нашего подданного, и не мешались в дела Грузии. 2-е. Чтобы приказали выдать им Молдавского господаря Александра Маврокордато. 3-е. Чтобы вице-консул в Яссах Селунский сменен был, возводя сущую клевету на него, будто пособствовал уходу упомянутого господаря и высылал при том в Россию подданных турецких. 4-е. Чтобы на их пользу отдать тридцать девять соленых озер в Кинбурнском уезде, которыми со всей принадлежностью Мы владеем по силе Трактатов. 5-е. Чтоб во всей России принять консулов турецких, а на первое время в Крыму. 6-е. Чтоб подвергунть строгому осмотру российские суда, дабы не имели ни матросов турецких, ни вывозили кофию, масла, пшена сарачинского и прочего тому подобного из земель турецких, в чем им по торговом уговору полная выговорена свобода. 7-е. Чтобы их купцы у Нас платили не более пошлины, как по три на сто. Ко всему же сему присоединил сей министр наглость, назначая срок для доставления ответа Нашего сперва 15-е, потом 20-е число августа, время никак несоразмерное отдалению оттуда Нашей столицы. Легко было Посланнику Нашему возразить на сии притязания, как оне ни нечаянны были, существом самых Трактатов, вопреки коих шел злой умысел во всех тут требованиях, обнажавшихся явно на разрушение мира; ибо министерство турецкое объявило ясно, что оно все договоры, после Кайнаржиского состоявшиеся, не почитает за действительные, не хотело дать ответа Нашему министру и вовсе уклонилось внимать всем дружеским внушениям, кои Римско-Императорский Интернунции по союзу между Нами и Государем его пребывающему, а французский Посол по участию, что Король его Государь охотно принимал в прекращении настоящего несогласия, предлагали.
Дабы еще увенчать коварство наглостью, в последний раз призвала Порта Нашего министра: тут предложила ему новые и самые неприязненные требования, чтобы возвратить Крым и уничтожить Наши с ней торжественные договоры о вечном мире и в следствие оного на пользу Государства постановления, от которых она с своей стороны отрицается; и когда не вынудила нелепого согласия на сии статьи от Нашего посланника, то в тот же час его арестовав, отдала в заключение.
Всяк беспристрастный да судит о положении дела, которое выражаем Мы во всей истинне. Видима тут Наша непрерывная любовь к покою и тишине, объемлющим блажество всего рода человеческого. Видимы снисходительство и средства, что употребляли Мы втуне к удержанию с турками мира. В другой уже раз среди миролюбивых Наших намерений враг имени Христианского вызывает Нас на брань против воли Нашей. Новое вероломство, вновь попранные союзы мира, неуважение к правам народным, дерзновенно-оскорбленное достоинство Короны Нашей употребил он яко способы, движущие противоборство. Ополчаясь по тому оружием ко брани, не волею Нашею, но хотением и злобою враждующих на Нас воздвигнутой, указали Мы теперь собрать Наши армии и предводителям оных Нашим генералам-фельдмаршалам графу Румянцеву-Задунайскому, и князю Потемкину-Таврическому действовать вверенными им силами против неприятеля. Все Наши верные подданные, соедините с Нами свои теплые молитвы к Богу, Покровительствующему Россию столь долгое время и столь видимым образом, да пребудет Его всевышняя сила и благословение оружию, в оборону святой православной Церкви и любезного Отечества Нашего приемлемому, и да поможет Нам воздать врагу по делам его.
Мы полагаем в том Нашу твердую надежду на правосудие и помощь Господню, и на мужество полководцев и войск Наших, что пойдут следами своих недавних побед, коих свет хранит память, а неприятель носит свежие раны. Дан в граде Святого Петра сентября 7 дня в лето от Рождества Христова 1787-е, Царствования же Нашего двадцать шестое.
На подлинном подписано собственной Ее Императорского Величества рукой так: Екатерина.
Печатан в Санк-Ппетербурге при Сенате сентября 9 дня 1787 года.
Оригинальный текст
Божиею Милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская. и прочая, и прочая, и прочая. объявляем всем нашим верным подданым.
Оттоманская Порта утвердивши торжественными договорами пред лицем света вечный мир с Россиею, опять, и вероломно нарушила всю святость онаго; а в доказательство объявления войны Империи Нашей, в 5 й день Августа арестовав Нашего полномочнаго Министра и чрезвычайнаго Посланника при оной Действительнаго Статскаго Советника Булгакова, посадила его в Семибашенный замок. Министры пребывающие в Царе-Граде Римско-императорской и Королевской французской вотще напрягали свои дружеския внушения Турецкому Правительству, дабы преломить онаго дерзновенное насилие терзать права народныя, ото всех, и самых варваров почитаемыя.
Кому не известно противу Порты Наше поведение? Но по сему приключению еще вновь принуждаемся предложить оное пред очи целаго света.
Последнюю войну в 1768 году объявила Нам Порта столь нагло и так же неправедно, как и настоящую. Извлеченный мечь принуждением сколько нанес пагуб врагу, весь Мир о том знает. Оружие Наше обладало Молдавиею, Валахиею и Бессарабиею и всеми тут крепостями, а от оных перейдя реку Дунай господствовало равным образом, поражая войски Турецкия, в Болгарии. Морския Наши силы в Средиземном море низложив всякое себе сопротивление от флага Оттоманскаго гибельным ему ударом, владели многими островами в Архипелаге.
Среди побед и толиких приобретений, когда уже силы Турецкия по своему изтощению не могли противустоять и воспятить победоносному оружию Нашему внести пламя военное во внутрь наичувствительнейшей их Державы, лишь Порта Оттоманская, сими победами потрясенная, взыскала от Нас мира, Мы, хотя знали всю нужду и изнурение, в которыя она тогдашнею войною себя ввергула, но онаго не отринули, и рукою победительною приняли договоры для Нас умереннейшие, а побежденным и спасительные и преполезные; ибо уступили все Наши пространныя завоевания, оставив только за собою замок Кинбурн с его округом и с углом земли между Буга и Днепра, да две в Крыму крепости Яниколь и Керчь, пожертвовав в прочем из человеколюбия Нам сроднаго всеми выгодами и знаменитыми убытками в войне понесенными общему покою взаимных Империй, доказывая чрез то, что и в щастливой войне не приобретение, но оборона и спокойстие Государства, Нашим были предметом. Таков был Трактат мирный в прекращение войны между обеими Империями заключенный Нашим Генералом фельдмаршалом Графом Румянцовым-Задунайским в стане войск Наших при Кайнарже, а со стороны Турецкой Верховным Визирем Мегмет Мусун Заде.
От первых дней мира встречая часто худую веру и стеснение Наших выгод в торговле, которую сим Трактатом безпредельно дозволила Нам Порта на суше и на всех водах своей Державы, по примеру Государств, коим она в том вяще благоприятствует, думали Мы заключа с оною особливой торговой Трактат ко взаимным пользам обоих Государств связать оными, яко новым и крепчайшим узлом, безперерывное согласие между подданных и отдалить на всегда постановлениями, на все случаи ясными, до того бывшия распри. Могли Мы уповать, что сей новый договор знаменующий искреннее желание Наше пребывать с Портою на всегда в мире, даст вящую силу оному предшествовавшим.
Теперь скажем какими поступками воздала Порта незазорному Нашему разположению пребывать с нею в вечной дружбе.
От издания Султанской Ратификации на мир Кайнаржиской вскоре дух коварный ея политики направил свое устремление обратить в прежнее себе порабощение племена Татарския, которым соделанное независимое бытие утверждено помянутым Трактатом. Хитростию и происками, доброй вере противными, изгнан был из Крыма законной Хан Сагиб-Гирей и вспоможением Порты похитил его Сан Девлет Гирей. К тому умыслу отнести должно тогдашнее уклонение Порты очистить Таман от войск Турецких, как и самое сперва скрытое, по том явное участие, ибо Капитан Паша приводил флот к берегам того полуострова во время воставшаго мятежа между Татар против их законнаго Хана Шагин Гирея. Нам казалося укротившая на тот раз бурю военную Конвенция изъяснительная 1779 года заключенная, в которой все недоразумения, касающияся до образования политической вольности Татарской были ясно истолкованы, отдалит навсегда всякой повод к распрям войною решимым. Но время и самое короткое доказало, что и сей новой торжественной договор не плод был искренности, а завеса ухищрения; ибо Порта не преставала всячески питать дух мятежа в Татарах, всякой раз подвигая далее оной к одержанию своих видов. Когда войски Турецкия и их начальники вошли в Суджук и Таман, а между тем Татара отважилися нападать от Кубани на Наши пределы, Мы предвидя опасность с разширяющагося мятежа в Татарах, и что Порта поборяет по мятежникам, как то вскоре после того и чальник над ея войсками вступившими в Таман присланному от Хана Шагин - Гирея с вопрошением о причине прихода его отсек голову, должны были ввести в Крым Наши войски и паче страхом, а не казнию усмирять бунтовщиков, всякой Наш шаг в том сообщая Порте в полной откровенности. Зло однакож при всем том не сокращалося, Мы не видели тут конца ни Нашим убыткам, на содержание войск миллионами издержанным, ни их изнурению, ниже ожидать могли когда нибудь спокойствия границам Нашей Империи. Таким образом находили Мы одно и крайнее средство к сохранению на веки мира с Портою Оттоманскою, решиться присоединить к Державе Нашей Крым, Таман и Кубань, и изтребить чрез то гнездо хищников, которые не один век грабительствовали в пределах Нашей Империи и многократно были причиною возставших неприязненных действий между обеих Империй. Не разширение пределов и без того пространнаго Нашего Государства, ниже замена таких убытков, которых сие приобретение не наградило, но едино намерение изторгнуть корень вражды неизбежной преклонили Нас произвести сие бытие, в чем праведную необходимость, признанную дружественными Державами, сама Порта познала и приняла за благо все Нами содеянное, получив при новых договорах в свою пользу земли по левой стороне реки Кубани издревле к Крымской Области принадлежащия.
Княжества Молдавию и Валахию возвратили Мы Порте выговоря в Трактате, чтобы не брать с них податей чрез два года и на всегда обуздать насилие отъемлющее их выгоды. Не прошли два льготные года, как сия Держава начала те области изнурять тягостными поборами и нарядами. В 1777 году оказала она пример вероломства ея, умертвив без суда и вины Молдавскаго Господаря Бику. Непрерывныя грабительства, изнурения, вопль и жалобы от того страждующих жителей с Нами единоверных, не убеждали никогда жестокосердаго Правительства оказать правосудия. Обещание Порты, Хатышерифами Султанскими подтвержденное, не сменять Господарей в сих Княжествах не было с доброю верою соблюдаемо. Частыя им смены были для того, чтоб низлагая благих, возводить мучителей. Недавно пал жребий гибельный на Господаря Александра Маврокордато, к которому прислан был Капиджи-Баша для его низложения: исторгнувшись от мучительной смерти, равно ему предстоявшей, как упомянутому Господарю Гике, прибегнул он под сень Церкви Нашей православной, которая не могла не дать ему убежища, наипаче тогда, когда дружественныя о сих Крняжествах постановления толь явно нарушены были от самой Порты, и когда к заступлению Нашему, Трактатом выговоренному, никогда должнаго внимания не было.
В Конвенции Айналиковакской содержится точное условие, чтоб Запорожцев ушедших до того времяни и непохотевших воспользоваться амнистиею от Нас им даруемою, удалить за Дунай внутрь области Турецкой, чего Порта не токмо не исполнила, но толпу их умножая в близи пределов Наших вновь уходящими, не возвращала сих последних, по требованиям в силу договоров Нашим начальникам.
При постановлении Акта о Крыме, Тамани и Кубани положено, чтоб река Кубань служила границею между двумя Империями. Народы Татарские обитающие за сею рекою по договору сему учинившися подданными Порты не редко набегами своими в пределы Наши чувствительныя причиняли обиды грабежами скота, разных пожитков, и похищением людей. Мы не получали и тут никогда управы с сих ея подданных.
Ираклий Царь Карталинский и Кахетинский в 1780 году отдал себя с его владениями под покровительство и верховную власть Нашу и преемников Престола Нашего, и в том заключил с Нами торжественный Трактат. Принятие его под державу Нашу не было противно обязательствам Нашим с Портою: ибо сей владетель на зависел от Империи Турецкой. Тогда же Порта известна будучи о Нашем Трактате не оспоривала онаго; но где не имела права в дело вмешаться для нее постороннее, тут не оставила действовать коварно, подкрепляя посредством Паши Ахалцыкскаго Лезгин нападать на области помянутаго Царя, разорять оныя и пленять Христиан. В продолжении таковых неприязненных для Нас затей чрез того же Пашу предлагала оному Царю уничтожить его с Нами обязательства и предаться во власть Султана. Все сии поступки и сверх оных еще многие, которых подробность пространна, яко то в претерпении Нашими Консулами, Нашим купечеством разных озлоблений и угнетений по всегдашнему Порты умышлению отнять у Нас лучшие выгоды, оружием и договорами приобретенныя, давали Нам неоспоримое право поступить на всю крайность; но любовь к миру подкрепляла надежду и самую слабую в том, что Порта не во веки будет лукавить и коварствовать, и что святость к клятвам, на которых все народы обыкли утверждать торжественные договоры, произведет в ней совесть уважать оныя. На такой конец во время путешествия Нашего призвали Мы Министра Нашего Булгакова в Херсон и снабдили его новыми наставлениями к миролюбному учреждению о всех тех распрях, кои Порта, как теперь уже видим, вместе с неправедными и самыя мелкия изыскивала в предлог токмо войны ею желаемой. Тут Мы сообщили крайнюю черту снисхождения Нашего как союзному Нам Венскому, так и Версальскому дворам. Сии отдали всю справедливость Нашей умеренности и удалению от войны, и готовы были присоединить и их подвиги к удержанию дружбы между Нашею и Оттоманскою Империями. Возвратяся с тем в Царь-Град Наш Посланник, не нашел уже в Турках ни малейшей наклонности к мирному дел разпоряжению. Он позван был на конференцию 15 Июля к Рейс - Ефендию, который предварил Наши справедливыя требования предъявлением Турецких нималейшей основательности неимеющих, а имянно: 1 е, что бы Мы отступили от всякаго притязания на Царя Карталинскаго Нашего подданнаго, и не мешалися в дела Грузии. 2 е, чтоб приказали выдать им Молдавскаго Господаря Александра Маврокордато. 3 е, чтоб Вице-Консул в Яссах Селунской сменен был, возводя сущую клевету на него, будто пособствовал уходу упомянутаго Господаря и высылал при том в Россию подданных Турецких. 4 е, что бы на их пользу отдать тридцать девять соленых озер в Кинбурнском уезде, которыми со всею принадлежностию Мы владеем по силе Трактатов. 5 е, чтоб во всей России принять Консулей Турецких, а на первое время в Крыму. 6 е, чтоб подвергунть строгому осмотру Российския суда, дабы не имели ни матрозов Турецких, ни вывозили кофею, масла, пшена сарачинскаго и прочаго тому подобнаго из земель Турецких, в чем им по торговом уговору полная выговорена свобода. 7 е, чтоб их купцы у Нас платили не более пошлины, как по три на сто. Ко всему же сему присоединил сей Министр наглость, назначая срок для доставления ответа Нашего сперва 15 е, по том 20 е число Августа, время ни как несоразмерное отдалению от туда Нашей столицы. Легко было Посланнику Нашему возразить на сии притязания, как оне ни нечаянны были, существом самых Трактатов, вопреки коих шел злой умысел во всех тут требованиях, обнажавшихся явно на разрушение мира; ибо Министерство Турецкое объявило ясно, что оно все договоры после Кайнаржискаго состоявшиеся не почитает за действительные, не хотело дать ответа Нашему Министру и вовсе уклонилось внимать всем дружеским внушениям, кои Римско-Императорский Интернунции по союзу между Нами и Государем его пребывающему, а французский Посол по участию, что Король его Государь охотно принимал в прекращении настоящаго несогласия, предлагали.
Дабы еще увенчать коварство наглостию, в последний раз призвала Порта Нашего Министра: тут предложила ему новыя и самыя неприязненныя требования, что бы возвратить Крым и уничтожить Наши с нею торжественные договоры о вечном мире и в следствие онаго на пользу Государства постановления, от которых она с своей стороны отрицается; и когда не вынудила нелепаго согласия на сии статьи от Нашего Посланника, то в тот же час его арестовав отдала в заключение.
Всяк безпристрастный да судит о положении дела, которое изражаем Мы во всей истинне. Видима тут Наша непрерывная любовь к покою и тишине, объемлющим блажество всего рода человеческаго. Видимы снисходительство и средства, что употребляли Мы в туне к удержанию с Турками мира. В другой уже раз среди миролюбивых Наших намерений враг имени Христианскаго вызывает Нас на брань противу воли Нашей. Новое вероломство, вновь попранные союзы мира, неуважение к правам народным, дерзновенно-оскорбленное достоинство Короны Нашей употребил он яко способы, движущие противоборство. Ополчаяся по тому оружием ко брани, не волею Нашею, но хотением и злобою враждующих на Нас воздвигнутой, указали Мы теперь собрать Наши Армии и предводителям оных Нашим Генералам - Фельдмаршалам Графу Румянцову - Задунайскому, и Князю Потемкину - Таврическому действовать вверенными им силами противу неприятеля. Все Наши верные подданные соедините с Нами свои теплыя молитвы к Богу Покровительствующему Россию толь долгое время и толь видимым образом, да предъидет Его всевышняя сила и благословение оружию в оборону святыя православныя Церькви и любезнаго Отечества Нашего приемлемому, и да поможет Нам воздать врагу по делам его.
Мы полагаем в том Нашу твердую надежду на правосудие и помощь Господню, и на мужество Полководцев и войск Наших, что пойдут следами своих недавних побед, коих Свет хранит память, а неприятель носит свежия раны. Дан во граде Святаго Петра Сентября 7 дня в лето от Рождества Христова 1787 е Царствования же Нашего двадесять шестое.
На подлинном подписано собственною Ея Императорскаго Величества рукою тако: Екатерина.
Печатан в Санктпетербурге при Сенате Сентября 9 дня 1787 года.
Адаптированный текст
Выбор дальнейшего маршрута по связям документа:
Вид документа:Законы, указы
Люди:Екатерина Вторая (34) Потемкин-Таврический Григорий Александрович, князь, генерал-фельдмаршал (5) Сагиб-Гирей, крымский хан (2) Шагин-Гирей, крымский хан (2) Румянцев-Задунайский Петр Александрович, граф, генерал-фельдмаршал, генерал-губернатор (3) Григоре III Гика, господарь Молдавии Александр I Делиберий Маврокордат, господарь Молдавии Ираклий II, царь Картлийско-Кахетинского царства Селунский Иван Лаврентьевич, майор, вице-консул в Яссах Булгаков Яков Иванович, действительный статский советник, чрезвычайный посланник и полномочный министр при Порте Девлет-Гирей, крымский хан
Даты:07.09.1787
Периоды:Царствование Екатерины Второй 1762 год - 1796 год (56) Российская Империя 02.11.1721 - 07.11.1917 (4425)
Страны:Россия
Упоминаемые страны:Молдова Болгария Турция Валахия Кахетия
Территории:Санкт-Петербург
Темы:Крым
На главную страницу
Комментарии:

Нет комментариев

Оставить комментарий:

Ваше имя:

Электронная почта (не публикуется):

Сообщение: